Общественный контроль и „коммуналка“

К кампании противодействия долгам за ЖКУ с недавнего времени стали привлекать старших домов. Эти люди, как правило, хорошо знают своих соседей, пользуются у них авторитетом, поэтому могут помочь повлиять на должников.

Более подробно о роли общественных управдомов рассказала старшая дома № 82 по проспекту Ленина Любовь Чугунова:
— Когда в 2007 году я стала старшей дома, в нашей многоэтажке, где 70 квартир, восемь абонентов имели от 10 до 100 тысяч рублей долгов за коммуналку. К слову, сейчас ситуация изменилась и остались только три проблемные квартиры.

Я считаю, что платёжная дисциплина каждого дома, в том числе, зависит от активности „управдома“. Где-то полгода назад я решила поприсутствовать на заседании комиссии, где обсуждалась задолженность населения за коммунальные услуги. Помню, один из приглашённых начал говорить какую-то ерунду, пытаясь оправдаться, почему он накопил такие большие долги. То, что мужчина лукавил, я поняла сразу, так как знала его лично, хотя он и не жил в нашем доме. И тут мне в голову пришла мысль: а что если начать приглашать на совещания не только должников, но и старших домов — активных, неравнодушных людей, которые хорошо знают всех жильцов и могут помочь найти подход к каждому. Да и сами должники в присутствии „управдомов“ начинают вести себя по-другому. Я предложила — члены комиссии меня поддержали.

Что касается рейдов, то старшие домов являются как бы посредниками между участниками поквартирных обходов и жильцами. Могут посоветовать, кого можно просто предупредить, с кем быть построже, а кому нужно помочь. Конечно, наша работа продолжается и вне рейдов. Я, например, если вижу, что у человека начинает копиться долг, объясняю ему, что платить — в его же интересах, а игнорировать квитанции — себе дороже. Среди должников встречаются люди небедные. Не так давно мне удалось убедить одну семью погасить долг, который перевалил за полсотни тысяч рублей. Мама и её сыновья живут и работают в Москве, но мы договорились, что деньги они будут присылать банковским переводом. Я его получаю и оплачиваю квитанции.

Бывает, беру у сотрудника МЦРКП платёжки и сама разношу по почтовым ящикам, а заодно „вполглаза“ просматриваю на предмет наличия долгов. Если таковые обнаружатся — провожу беседы.

С апреля прошлого года в нашем городе начала свою работу школа для активистов ЖКХ — старших домов, членов советов домов. Я тоже провожу занятия, которые проходят в общественной приёмной партии „Справедливая Россия“. Цель уроков — повышение уровня юридической грамотности общественников, особенно в области Жилищного законодательства. Без этих знаний уже не обойтись. Конечно, учим и тому, как работать с должниками. Объясняем, что сначала нужно выяснить, по какой причине человек не платит, поговорить с ним об этом, напомнить об обязанностях и последствиях. Затем можно предпринимать конкретные шаги: если собственник согласился с доводами и полон решимости начать выбираться из „долговой ямы“ — предложить оформить субсидии и заключить договор о реструктуризации, если нет — предупредить, что его ожидает.

P. S. В заключение хотелось бы отметить, что старшие домов за свою общественную работу зарплату не получают, а трудятся, что называется, на энтузиазме. Спасибо им за это!

Источник — газета „Воложка“, Евгений Гордеев.

Добавить комментарий

прислать копию ответа.