Про „незначительность нарушений“

Председатель ТИК Марксовского района Ирина Геннадьевна Иванова

Председатель ТИК Марксовского района Ирина Геннадьевна Иванова

Когда суд удалялся на совещание, зал для судебных заседаний Саратовского областного суда по своей атмосфере удивительным образом напоминал десятки и сотни избирательных комиссий разного уровня в дни выборов.

„Женщина я интересная, хорошая, — закидывая ногу на ногу, шумела председатель территориальной избирательной комиссии Марксовского муниципального района Ирина Иванова. — Но я не хочу, чтобы меня снимали!“

Объяснения, что судья Коршунов разрешил „Газете недели в Саратове“ проводить фотосъемку, на Ирину Геннадьевну не действовали: „Я не хочу!“ „Хочу — не хочу…“ — именно так понимали свои полномочия многие председатели ТИК и УИК на прошедших госдумовских и президентских выборах. „Может быть, вы меня для порнографического журнала снимаете!“ — меняла позы Ирина Геннадьевна — дама, в общем-то, весьма зрелого возраста. Один из слушателей, находящихся в зале, даже не выдержал: „Это вы устроили порнографию в стране…“

Прошу отвода системы

В четверг, 31 мая, мы приехали в Областной суд на слушание дела по апелляционной жалобе представителя КПРФ Курмангали Мухамбетова на решение Марксовского городского суда от 21 марта этого года, куда он обращался с заявлением о защите избирательных прав, поскольку считал выборы на семи избирательных участках Марксовского района недействительными, так как в протоколах об итогах голосования, по его мнению и свидетельствам членов комиссий, были подделаны подписи. Марксовский суд в удовлетворении требований Мухамбетову отказал.

Когда мы подошли к Курмангали до начала судебного заседания, он растерялся и даже насторожился: „Откуда вы обо мне узнали?“ Некоторое время пришлось его убеждать, что мы тоже за честные выборы. „Пропуском“ стала презентованная нами книга документальных историй наблюдателей „Президента не выбирают“.

Поводов сомневаться в людях у Курмангали Мухамбетова хватает. По его словам, еще в 2011 году на муниципальных выборах, в которых он участвовал кандидатом в депутаты Марксовского районного собрания от КПРФ, он обнаружил около 500 голосов, приписанных в пользу кандидата от „Единой России“, главного врача Центральной районной больницы Дмитрия Иванова и еще одного подставного кандидата, который должен был оттянуть голоса. „Это была УИК № 13 избирательного округа № 3, — уточнил Мухамбетов. — Там всего-то 320 человек голосовали. А в протокол внесли 870. Я подал в суд. Этот участок районное начальство потом называло „проклятым“. Пытались давить на меня. Но я проявил слабость только тогда, когда мне стали объяснять: мол, понимаешь, фальсификация — это же уголовное дело. Посадят ведь трех женщин — председателя УИК, ее заместителя и секретаря. И мне стало их жалко. Забрал я заявление“.

А потом — выборы в Государственную думу: „На семи УИК под протоколами стоят подписи не наших членов УИК. Причем на некоторых они даже визуально не похожи. На других — одной и той же рукой (по-видимому, секретарей УИК) дважды (в колонке фамилии члена комиссии и колонке, где должна стоять подпись) написаны расшифровки фамилий. И никаких подписей. То есть даже не утруждали себя рисовать похожие подписи. В Марсковский суд приглашали свидетелей. Люди говорили о том, что это не их подписи, фальшивые. Но суд отказал в проведении почерковедческой экспертизы. Подал вот на апелляцию в Областной суд“, — говорит Курмангали.

В начале заседания Мухамбетов подал ходатайство об отводе судьи Коршунова, председательствующего на судебной коллегии, рассматривающей апелляцию. На том основании, что судья Коршунов уже рассматривал несколько дел с участием Мухамбетова. В том числе жалобу Мухамбетова на решение того же Марксовского суда об административном правонарушении (Курмангали, будучи членом комиссии с правом решающего голоса на президентских выборах, был удален с избирательного участка по обвинению в том, что „выражался матом“), а также гражданское дело, в котором Мухамбетов заявлял о подложной подписи начальника отдела в приказе о его увольнении с работы. Все решения были приняты судьей Коршуновым не в пользу последнего. Тем не менее судебная коллегия, посовещавшись, в отводе судьи отказала.

Мухамбетов попросил отвода и для прокурора Савиной „ввиду несерьезности данной организации“. Савинова прокомментировала, что в отводе нет смысла, поскольку отвод заявлен не ей, а „нашей системе“. Были отклонены ходатайства об отводе представителя „Единой России“, не участвовавшего в рассмотрении дела в суде первой инстанции. Отклонено ходатайство Мухамбетова прослушать фрагмент аудиозаписи его разговора с тогдашним главой Марксовского района, а ныне заместителем председателя правительства Саратовской области Юрием Моисеевым. По словам Мухамбетова, аудиозапись подтверждает, что имели место нарушения на выборах, вмешательства в выборный процесс местных властей и влияние их на результаты голосования. „Аудиозапись не является доказательством в суде“, — живенько проговорила председатель ТИК Ирина Иванова. Прокурор Савинова объявила, что не известен источник записи. Суд решил запись не слушать.

И даже когда Мухамбетов попросил заслушать пожилых свидетелей, специально приехавших из Маркса в Саратовский областной суд, чтобы дать показания, что они не подписывали протоколы итогов голосования, что готовы дать образцы почерка для проведения экспертизы, суд отклонил ходатайства и о заслушивании свидетелей, и о проведении почерковедческой экспертизы.

„Абсурд полнейший!“

Курмангали снова и снова пытался объяснить, что проведение экспертизы должно быть проведено во благо самой „Единой России“. В случае если экспертиза подтвердит подлинность подписей под протоколами итогов голосования, то в победе правящей партии не будет резонов сомневаться. Ирина Геннадьевна Иванова заявляла: „Абсурд полнейший!“ Это единственное, в чем с ней хотелось согласиться безоговорочно. Несмотря на то что участники судебного процесса — представители ЛДПР — были готовы оплатить экспертизу за свой счет.

Саратовский областной суд постановил оставить решение Марксовского городского суда без изменения. Юрист саратовского отделения ЛДПР Ольга Курышева после заседания суда прокомментировала: „Мы просим Облсуд: дайте нам возможность предоставить доказательства, мы готовы оплатить экспертизу. Суд обязан нам помочь в этом, но он отклоняет ходатайство о проведении экспертизы. Несмотря на то что решение Марксовского суда строится лишь на том, что председатели и секретари УИК говорят, что видели, как все члены комиссий ставили подписи под протоколами“.

Мы еще долго общались с Курмангали Мухамбетовым — человеком, стоически воспринявшим все отказы в ходатайствах, которые можно было сравнить с отказом на справедливость. И удивлявшимся только одному — что кто-то пришел его поддержать. „Неужели в Саратове есть газеты, которые могут об этом писать? Неужели есть честные люди?..“

А вечером мы слушали ту самую аудиозапись, которую суд отказался приобщить к делу. „Я работал советником от коммунистов на безвозмездной основе при главе района Юрии Моисееве, он как-то пригласил меня к себе для беседы, — сказал Курмангали, отдавая нам диск. — Послушайте“.

Разговоры за жизнь

Человека на аудиозаписи, действительно, зовут Юрием Михайловичем. Юрий Михайлович на аудиозаписи называет разговор с Мухамбетовым разговором „о жизни“. И даже согласен с тем, что если бы выборы прошли „на самотек“, то результаты итогов голосования были бы несколько иными. Совсем разоткровенничавшись, признается, мягко говоря, в нелюбви к нынешнему режиму, но необходимости „идти в колее“. Предлагает Мухамбетову квартиру, деньги и работу в каком-нибудь МУПе, если тот заберет заявление из суда.

Местами этот Юрий Михайлович с аудиозаписи даже симпатичен. „Кто они для меня, эти председатели избирательных комиссий? — спрашивает Юрий Михайлович. — Да я их знать не знаю. Но я их просил. И я за них пойду до конца“. Потому что он, Юрий Михайлович, не проститутка по жизни, у него есть честь и принципы. „Если даже будет какая-то херня, я просто возьму и сожгу все эти протоколы… И никто ничего не докажет“.

У Мухамбетова тоже есть принципы. О них он говорит на другой записи — с Ириной Геннадьевной. Говорит о том, что хочет помогать слабым, защищая закон. Ирина Геннадьевна удивляется страшно, спрашивает, а что простому человеку с этих законов, разве простой человек от этого материальные блага получит? Так и кажется, что еще чуть-чуть, и она произнесет коронную фразу: „Абсурд полнейший!“

Потеря до 100 процентов голосов признана незначительной

Так случилось, что еще до рассмотрения жалобы Мухамбетова мы стали свидетелями слушания еще одной апелляционной жалобы — на решение Аркадакского районного суда, который также отказал заявителю в признании недействительными протоколов нескольких участковых избирательных комиссий.

Заявитель — кандидат в депутаты Государственной думы по Турковскому муниципальному району Людмила Березина тоже ссылалась на показания свидетелей — членов нескольких участковых избирательных комиссий, которые признавались, что не подписывали протоколов, представленных в ТИК, и что их подписи под этими протоколами являются поддельными.

Во время перерыва Людмила Викторовна рассказала, что из 19 протоколов УИК Турковского муниципального района 10 попали под суд: „И только один протокол суд признал недействительным. Ну, там просто председатель УИК оказался молодым и неопытным. Он признался, что протокол был переписан“.

Пока мы обедали в столовой суда, Людмила Викторовна рассказывала, как происходили выборы в Госдуму в Турковском районе: „50 процентов протоколов переписали на местах, на территории УИК. На остальных десяти не смогли — там были сильные наблюдатели. На одном из участков (№ 1610) находилась я лично, и разместилась так, чтобы мне были видны все действия и слышны все слова членов комиссии. Они нервничали и даже вызывали полицию. Однако полицейские в моих действиях нарушений не нашли. Когда были подведены итоги голосования на всех УИК, я собрала протоколы и поехала в Саратов“.

К сожалению, Березина не дождалась, чтобы результаты голосования были внесены в сводную таблицу территориальной избирательной комиссии Турковского муниципального района: „Когда я приехала в Саратов, выяснилось, что данные, внесенные ГАС „Выборы“, расходятся на десяти участках“. Аркадакский суд, отказывая в требованиях Березиной, указал, что действительное волеизъявление избирателей отражают первый и второй экземпляры протоколов УИК (то есть те, которые Березина называет переписанными), а предоставленные протоколы самой Людмилой Викторовной суд посчитал „следствием процедурной ошибки их заверения“.

Свидетельства членов УИК, назвавших свои подписи поддельными, суд во внимание не принял и в почерковедческой экспертизе отказал на том основании, что Березина отказалась эту экспертизу оплатить. У Людмилы Викторовны на этот счет свое мнение: „Ответственность на оспариваемые решения органов государственной власти или местного самоуправления возлагается на органы или лица, которые приняли эти оспариваемые решения. По закону, если под протоколом проставлена подпись хотя бы за одного члена УИК, это основание для признания протокола недействительным и проведения повторного подсчета голосов“.

Еще один интересный факт пыталась донести до судебной коллеги областного суда Березина: принимая решение, Аркадакский суд указал, что разница между цифрами экземпляров протоколов УИК, представленных в ТИК, и экземплярами этих же УИК, но выданных на руки членам комиссий и наблюдателям, незначительна и никак не влияет на отражение итогов голосования.

„В законе нет такого понятия, как „незначительность нарушений“, — обратилась к судебной коллегии Облсуда Березина. И попыталась объяснить, что искажение в цифрах существенным образом повлияло на результаты выборов. В районах области на УИК число избирателей определяется не сотнями, как, например, в Саратове, а десятками. И каждый один-два, десять голосов влияют на процент голосов, отданный за того или иного кандидата. Березина даже приложила к апелляционной жалобе табличку потери голосов в процентах. Судя по табличке, на девяти УИК Турковского муниципального района КПРФ потеряла от 16 до 91 процента, ЛДПР — от 6 до 100, „Справедливая Россия“ — от 50 до 95, „Яблоко“ — 100 процентов. Говорить, какой партии достались эти „потери“, смысла нет.

Саратовский областной суд не удивили ни возможные левые подписи под протоколами, ни тем более таблички Березиной. Судебная коллегия оставила решение Аркадакского суда без изменения, а жалобу Березиной без удовлетворения. Между тем желание Людмилы Березиной „достучаться до небес“ не осталось безнаказанным: „После того как я подала заявление в суд, меня сократили на работе“. Работала Людмила Викторовна ведущим экономистом управления образования администрации Турковского района. И это не первые выборы, на которых она мешала руководству району добиваться нужного результата на выборах.

Источник: Газета недели в Саратове

 Обсуждение статьи (7)

  1. В одних крадут голоса, а другим прибавляют. Арифметика просто на пятерку. Вот вам и волеизъявление избирателей. Фальсификации существовать будут, с этим уже все смирились, но противостоять им можно, путем привлечение наблюдателей. Это единственный способ.

  2. Связавшись с российской избирательной системой, начинаешь ценить своё время и тратить его на нужные вещи…

  3. Выборы вообще довольно опасная вещь для тех, кто занимается их организацией на местах. Один раз моя жена участвовала, так потом, после выборов, дело чуть до суда не дошло. Лучше прийти, проголосовать и до свидания, пусть другие голоса считают, все оформляют и т. д.

    1. А почему же тогда многие люди так и рвутся на избирательные участки если возникают такие серьезные проблемы? Видимо, так происходит не везде. Думаю, что как всегда замешаны деньги. На выборах можно довольно хорошо заработать, даже если ты самая мелкая сошка.

  4. Я не согласна с Александром- если каждый будет рассуждать, что лучше проголосовать, и уйти- то можна и не голосовать, голоса ведь итак сфальсифицируют. Если жить по принципу „Ничего не вижу, ничего не знаю…“ то мы никогда ничего не добьемся. Надо добиватся справедливости- путь к ней очень долгий и тяжелый, но главное не опускать руки.

  5. Россияне, обратите внимание: протоколы не смогли фальсифицировать там, где были грамотные наблюдатели!!! От нашей активной жизненной позиции зависит истинность волеизъявления! А „прийти, проголосовать и уйти“ — это позиция трУсов и неграждан! Во-первых, надо прийти ВСЕМ — не будет возможности за кого-то расписываться; во-вторых, изучить права и обязанности наблюдателей и во время выборов наблюдать, а не чай пить! Начни с себя!

  6. К сожалению даже если ВСЕ придут на выборы, вряд ли что-нибудь изменится. В некоторых регионах явка была под 100% и 95% из них „проголосовали как надо“. Несмотря на то что всё это происходило под „всевидящим оком“ видеокамер, одного видеоматериала на 500 лет отсняли!

Добавить комментарий

прислать копию ответа.