Сад Влюблённых

К нам на почту пришло письмо, в котором двое школьников из Водопьяновки Алексей и Даниил Лаврухины рассказали историю любви своих бабушки и дедушки.

В этом году супруги отмечают сорок лет совместной жизни, и внуки решили сделать им сюрприз — подарить эту публикацию. События тех лет ребята воссоздавали, основываясь на воспоминаниях мамы и самих юбиляров.

„Наш дедушка Вова родился и вырос в деревне Серпогорское Фёдоровского района, расположенной на берегу реки Караман, — пишут они. — Его дом стоял у живописного пруда, вокруг которого рос сад с романтичным названием „Сад влюблённых“. В нём росли груши, яблони, берёзы и много других деревьев и кустарников. Когда дед был ребёнком, он часто ходил туда играть с мальчишками. Однажды они увидели на земле около тополя воронёнка: он жалобно пищал, а рядом летала его мать и ничем не могла ему помочь. Володя взял птенца, влез на дерево и положил пискуна в гнездо. Но когда он стал спускаться, молодые ветки тополя не выдержали, и мальчик упал. В результате он попал в больницу, где провёл целый год, ему сделали множество операций, но, к счастью, всё закончилось благополучно. Володя встал на ноги, а тополь, с которого он упал, стал называть своим Крёстным. И видно не случайно, потому что именно этот тополь, и два других, растущих рядом в виде треугольника, стали немыми свидетелями самых счастливых моментов его жизни.

Прошли годы. Володя, отслужив три года в морфлоте, вернулся в родную деревню. Родители устроили ему достойную встречу. На следующий день Владимир вместе со своим другом поехал вставать на учёт в военкомат. Накануне прошёл сильный дождь, и ехать им пришлось на тракторе. На обратном пути у самой деревни парни стали дурачиться: на большой скорости гоняли по лужам. Так увлеклись, что не заметили девушку, идущую по плотине, и окатили её грязью с головы до ног. Эту девушку, выпускницу Марксовского медицинского училища, главный врач районной больницы временно, на три месяца, направил работать фельдшером в деревенский медпункт. Татьяна, так звали девушку, разревелась от досады, кое-как отмылась в пруду и пошла в деревню, затаив обиду на морячка, сидевшего за рулём трактора. К её большому сожалению, лица обидчика она не разглядела.

В деревне её уже ждали. Председатель колхоза выдал ей ключи от медпункта и от квартиры. Весть о приезде новой „медички“ вмиг облетела всю деревню. Дом Владимира стоял напротив дома Татьяны. Чувствуя свою вину, он пошёл к ней, чтобы извиниться и предложить свою помощь. А помощь действительно требовалась. Целый день молодые люди приводили дом в порядок. Володя носил воду из пруда, передвигал мебель, ремонтировал оконные рамы. Таня не отказалась от мужской помощи, тем более Вова сказал, что его прислал председатель. Между делом, она рассказала парню про моряка и грозилась так его „полечить“, что мало не покажется. Узнать бы только, кто он! Вова в тот день так и не смог признаться Тане, что это он облил её, а тут ещё новая ложь. Матери своей он тогда тоже соврал, что помогает Тане по просьбе председателя.

Вечером Володя ушёл, а через 10 минут вернулся. Его сестра работала поваром и развозила еду механизаторам по полям, у неё он взял два термоса с едой и принёс Татьяне. Ещё он подарил ей маленького котёнка на новоселье. После ужина Вова повёл Таню на экскурсию по деревне, а потом в сад. Там, у трёх тополей, он рассказал ей, почему называет тополь Крёстным. Таню тогда поразила не столько история про спасённого воронёнка, сколько сами деревья. Их стволы были исписаны женскими и мужскими именами, словами любви и датами каких-то событий, начиная с 1950 года. Таня пожалела деревья, столько ран на их коре. „Как они ещё живут?“ — удивилась она. Вова ей ответил, что живут они чувствами влюблённых. Сколько признаний и клятв в любви и верности слышали эти деревья! „У нас в деревне их зовут Вера, Надежда и Любовь“ — подытожил он свой рассказ.

В ту ночь молодые люди гуляли почти до утра. Таня рассказывала Вове о своём детстве и планах на будущее. Ей было так легко с ним, что казалось, есть в нём что-то родное. А Володя весь вечер смотрел в её зелёные, как у кошки, глаза и понимал, что влюбился в них навсегда.

Наутро Таня пошла на работу. Вместе с санитаркой Любой они убирались в медпункте. В помощь им прислали двух парней. Один был жених Любы, а другой Вова, та самая парочка, что окатила Таню грязью. Девушка почти догадалась, что они и есть её обидчики, но Люба убедила её, что она ошибается. В деревне той весной, кроме Вовы, с армии пришло ещё трое моряков.

Через несколько дней Володя, по просьбе председателя колхоза,

уехал в Одессу за новым бензовозом. Таня работала, а вечерами ходила с Любой и её парнем на танцы. Правда, местные ребята не приглашали её танцевать, да и вообще не оказывали никаких знаков внимания. Это очень удивляло девушку, ведь в Марксе у неё отбоя от поклонников не было. И она спросила у Любы, почему она не нравится деревенским парням.

— Ну, почему же не нравишься? Кому сильно нравилась, Вова твой уже „морду набил“.

— Ничего он не мой!

— Ты с ним в сад в топольки ходила? Ходила, значит, по деревенским обычаям, почти что жена. Все в деревне только и говорят о том, когда вы поженитесь. Да и Вовкина мать в медпункт зачастила, сколько работаю, никогда не ходила. Это она на тебя посмотреть ходит.

И Люба рассказала Тане о местных традициях и саде Влюблённых. Сначала Таня разозлилась на Володю, но потом поняла, что скучает.

Вова приехал через месяц с подарками. И они стали встречаться. Вечером на Ивана Купалу Вова пригласил Таню в сад. Там, ещё днём, у тополей он спрятал огромный букет полевых цветов, а чтобы они не завяли, привязал верёвкой к коряге в пруду. В тот вечер Вова в присутствии трёх свидетелей — Веры, Надежды и Любви, сделал Тане предложение стать его женой. Девушка колебалась, ведь они знакомы чуть больше месяца. И тогда Вова предложил проверить ей свои чувства: пройти вдвоём по „лунной дорожке“ пруда. Этот пруд можно было перейти, не намочив одежды, по пенькам деревьев, которые спрятаны под водой. В детстве Володя это делал много раз. И Таня согласилась. Они шли в свете луны, держась за руки, боясь упасть и потерять своё счастье. Вокруг них по воде плыли ромашки из забытого букета, который сам развязался каким-то образом. На другом берегу браконьеры ловили сетями рыбу. Но, увидев идущих по воде парня и девушку, убежали и бросили весь улов. Вечером следующего дня Таня с Вовой просили благословения на брак у родителей.

Через некоторое время в саду у тополей Таня сообщила Вове, что ждёт ребёнка и почти уверена — это девочка.

— Давай назовём её Оксаной, — предложила Таня. — У нас в училище внучка у преподавательницы была — Оксана, такая хорошенькая, вот бы нам такую дочку.

На радостях молодой отец влез на тополь Надежды и написал: „Аксана-1975 год“

— Пусть это будет дерево нашей дочки.

Девочка родилась раньше срока, весом чуть больше килограмма и была совсем не похожа на внучку преподавательницы. Да и бабушка считала имя Оксана нерусским. Вова предложил назвать дочку Алёна. А отец Тани сказал: „Назовите Елена, Елена Владимировна. Такая кроха, а так громко орёт, вспомните мои слова, будет учительницей“. Так и назвали дочку Леночкой. Вскоре семья уехала из Серпогорского.

Прошло 15 лет. У Тани с Вовой росли дочка Лена и сын Саша. Как-то раз Лена поехала на туристический слёт, который проходил в саду Влюблённых. Её отряд расположился у тополей. Девочку, как и её мать когда-то, поразили тополя, исписанные именами. Всем хотелось сделать на них свои надписи, но руководители строго запретили лазать по деревьям. Ранним утром, когда палаточный лагерь спал, Лена залезла на верхушку дерева и нацарапала своё имя. А когда приехала домой, рассказала родителям о тополях, и что нацарапала своё имя там, где „какой-то дурак написал Оксана через „А“. „Этот дурак — твой отец!" — сказала Таня. „Через 15 лет исправила ошибку“, — добавил Вова.

Последний раз Таня и Вова были у тополей в день Серебряной свадьбы, 15 лет назад. Но они часто вспоминают сад Влюблённых, и как шли по „лунной дорожке“. С тех пор прошло много времени, а они, как и тогда, рука об руку шагают вместе по жизни!

Источник — газета „Воложка“.