Показательное жертвоприношение

Глава марксовской районной больницы зашел в конференц-зал детской поликлиники одним из первых. Это просторный зал, стены и кресла которого до сих пор хранят в себе память о советских временах. На лице главврача больницы читалось волнение. Он сел на крайнее кресло второго ряда прямо напротив президиума. Главврач не выпускал из рук бумаги, постоянно что-то читал, пытался запомнить.

Зал постепенно заполнялся. Некоторые из приходивших молча рассаживались по креслам, другие подходили к руководителю больницы и говорили общие фразы, что-то вроде: „Все будет нормально, не переживай“. Он просто кивал и бормотал что-то в ответ. Кто-то в шутку назвал главврача „виновником мероприятия“.

Главные врачи и другие работники здравоохранения со всех районов Саратовской области продолжали прибывать в зал. Это начинало походить на большую встречу выпускников, где множество знакомых людей встретились спустя долгое время. К тому моменту, когда прибыла министр, зал был заполнен почти полностью.

Министр быстрым шагом взошла на сцену и встала рядом с президиумом. Зал моментально стих и почтительно поднялся в знак приветствия. Все сели только после того, как она заняла свое место в центре.

Когда министр начала говорить, в воздухе установилась напряженная тишина, которую теперь прерывал только жесткий голос министра. Она рассказывала об умирающем семилетнем мальчике, которого два часа везли в больницу.

„Мы увидели ошибки по оказанию медицинской помощи ребенку. Сегодня на экспертном совете еще раз будут обозначены ошибки и озвучен план по предотвращению подобных ситуаций впредь. Мы анализируем случай смерти каждого ребенка“, — слова министра тяжело отдавались в стенах конференц-зала. Ее тон не позволял ни одному из присутствующих усомниться в серьезности происходящего.

„По результатам оперативного разбора были выявлены организационные и лечебно-диагностические ошибки в части оказания помощи пациенту. Можно сказать, что этот трагический случай был предотвратим. В Марксовском районе имеется достаточное количество машин скорой помощи. Налицо невыполнение элементарных правил, алгоритма оказания медпомощи“, — каждое слово, казалось, заставляло вжиматься все глубже в кресло главу марксовской больницы. Тон министра не предполагал апелляции и возможности ответить.

„На сегодняшний день фельдшер скорой помощи уволена. Помимо этого были произведены и другие кадровые перестановки. Мною принято решение о расторжении трудового договора с главным врачом марксовской районной больницы в одностороннем порядке“, — достигла кульминации речь министра. В этот момент больница уже была обезглавлена, но вряд ли „отсеченная“ голова в полной мере это осознавала. Показательное жертвоприношение состоялось. Трудно сказать, что чувствовала в этот момент сама „жертва“. Это уже не имело значения. Это было послание всем другим главным врачам. „Данный случай — недоработка конкретных людей. Все мы выбрали профессию врача, и проявление формализма в работе недопустимо“. Слова министра были четким сигналом теперь уже бывшим коллегам главного врача марксовской районной больницы: если будет допущен просчет, цена которого в медицине всегда — человеческая жизнь, они — следующие. Без исключений, без кампанейщины.

Бывшему главе марксовской больницы задали несколько вопросов. Он отвечал приглушенным и подавленным голосом. Несколько журналистов спустились, чтобы сфотографировать „виновника мероприятия“.

Еще несколько протокольных фраз — и показательное жертвоприношение закончилось. Экс-главврач марксовской ЦБР одним из первых покинул зал, спасаясь от подступивших представителей СМИ. Не менее спешно его покинули и „зрители“, для которых все было организовано.

— Как тебе?
— А что?
— Не знаю, мне как-то не по себе…

Реплики покидающих зал медиков свидетельствовали о том, что эффект был достигнут. Спустя несколько минут в зале остались только министр с помощниками и журналисты, которые уже оповестили всю Саратовскую область о произошедшем.

Жертвоприношение закончилось, но вопросы остались. Вернет ли это семилетнего мальчика его родителям? Однозначно нет. Изменится ли что-то в работе марксовской больницы? Скорее всего, хоть и не одномоментно. Будут ли новые детские смерти из-за халатности и человеческого фактора? Не хочется отвечать на этот вопрос. Но очень хочется верить, что люди в белых халатах сделают все, чтобы этого не допустить.

Источник — ИА „Свободные новости“, Павел Литвиненко.

Добавить комментарий

прислать копию ответа.