Иосиф Шегай — один из наиболее успешных овощеводов

Иосиф Шегай

Иосиф Шегай — один из наиболее успешных овощеводов.

Аграрный сектор России сегодня — не только поле труда, но и поле постоянных дискуссий. Учёные и политики, практики и теоретики беспрерывно спорят о том, какими путями следует ему развиваться, чтобы соответствовать потребностям огромной страны. Проблем же не убывает — финансовый кризис, засуха… Полярные мнения вызывает свершившееся вступление России во Всемирную торговую организацию. Во время поездки в Марксовский район мы решили обратиться к людям, чья жизнь неотделима от работы на земле, услышать их слово.

Глава крестьянско-фермерского хозяйства Иосиф Вениаминович Шегай в сельском хозяйстве — не новичок. Уже давно он связал свою судьбу с аграрно-промышленным комплексом Саратовской области и в Марксовском районе по праву считается одним из наиболее успешных предпринимателей в сфере овощеводства. Соответственно, он является одним из наиболее авторитетных людей, чьё мнение о современном состоянии АПК не только региона, но и всей России основывается на многолетнем личном опыте и наблюдениями за развитием аграрного сектора. Поэтому разговор с ним представляет интерес для всех, кому небезразлично положение на полях, фермах и овощных плантациях нашей страны. Наше общение происходило среди полей, где мы смогли наглядно убедиться, какие плоды может приносить земля саратовского Заволжья, когда ей владеют настоящие хозяева.

— Наше КФХ было организовано в 2005 году и с тех пор весьма успешно функционирует. Изначально мы работали как индивидуальные предприниматели, потом решили, что пора переходить на новую, более высокую ступень организации сельхозпроизводства и зарегистрировали крестьянско-фермерское хозяйство. Здесь, на землях бывшего хозяйства СХА „Новосельское“, у меня 500 гектаров земли. КФХ „Шегай“ действует в двух районах — офис, ремонтная база и ещё 700 гектаров земли располагаются в соседнем Советском районе.
Основная специализация — производство овощей. Доминирующая культура — лук, так уж сложилось за прошедшие годы. Но в зависимости от спроса мы также выращиваем картофель, свеклу, морковь, капусту — весь ассортимент, который больше всего востребован на потребительском овощном рынке.
Особенность нашего хозяйства — мы работаем только с крупными объёмами, на мелочи не размениваемся. Например, свёкла — продукт специфический, мы поставляем его в основном в воинские части и в учреждения уголовно-исполнительной системы. Под неё отведена площадь в 10 гектаров. 15 гектаров занимают посевы моркови. Капуста растёт на 40 гектарах. С этого года мы занялись выращиванием картофеля — посадили эту культуру на 70-ти гектарах. Всё остальное — более 350 гектаров, занимает лук.
С какими бы культурами мы не работали, основные принципы остаются неизменными — стараемся выращивать овощи самых современных, передовых и конкурентоспособных сортов. Если говорить о картофеле, то сейчас уже начали уборку на участке, где растёт „Ред Скарлетт“ — голландский столовый сорт. Ещё выращиваем картофель финского сорта „Невский“, голландского сорта „Латона“ и нашего российского, который называется „Удача“. Эти сорта имеют массу преимуществ, среди них — высокая урожайность и отменные вкусовые качества.
Из сортов капусты мы отдали предпочтение таким как „Коля“, „Агрессор“, „Атрия“, „Тобия“ — все они происходят из Голландии.
Среди сортов лука у нас преобладает „Манас“ и частично „Титон“, более ранний. Это тоже высокоурожайные сорта, которые сохраняют свои вкусовые качества в период хранения.

Могу ответственно заявить, что абсолютно вся производимая продукция — высокого качества. Следим за качеством неустанно, иначе наши овощи просто не будут покупать.

— Знаю и вижу, что все Ваши земли — орошаемые. Применяете как поливальные системы „Фрегат“, так и метод капельного орошения. Какой из видов представляется Вам более эффективным?
— Установки „Фрегат“ мы применяем в основном на тех плантациях, где выращивается лук ранних сортов. Это позволяет раньше начать уборку. Там, где применяется капельное орошение, урожайность значительно выше, но получаем мы результат позже. А необходимо выстроить своего рода „конвейерную“ систему выращивания овощей, чтобы вести уборку поэтапно. Пусть при работе с „Фрегатом“ мы сознательно теряем в тоннаже собираемой продукции, но компенсируем это за счёт ранней уборки и в итоге оказываемся в финансовом выигрыше.
В соответствии с требованиями сегодняшнего дня стараемся максимально механизировать все производственные процессы. В значительной мере это удаётся. Живём по средствам — берём технику в кредит, лизинг. Модернизацию ведём постепенно. На то, чтобы одновременно обновить весь свой технический парк и приобрести все необходимые механизмы, средств, увы, не хватает. Впрочем, это относится не только к нам, а практически ко всем хозяйствам и предприятиям Заволжья. Стараемся рационально распоряжаться заработанными средствами.
Не боимся делать шаги в новых направлениях. Например, как я уже говорил, с этого года впервые приступили к выращиванию картофеля. Опыта выращивания этой культуры не имеем, тем не менее, специалисты из числа наших партнёров — а среди них есть несколько кандидатов сельскохозяйственных наук, считают, что с точки зрения современных технологий мы всё делаем правильно и на достойном уровне. Уборку картофеля начали раньше, чем обычно, так как нас попросили принять участие в сельскохозяйственных ярмарках разного уровня. Да мы и рады возможности показать свою продукцию, тем более, именно ту овощную культуру, выращиванием которой раньше не занимались.
Видите, на поле сделаны специальные прогоны, — Иосиф Вениаминович показывает на широкую полосу среди картофельных рядов, где рабочие собирают выкопанный картофель в специальные сетки. — Они для того, чтобы ходил картофелеуборочный комбайн итальянского производства. Вот он, стоит неподалёку.

— Вы работаете на земле, которую оформили как свою собственность — не проще ли было её, как прежде, арендовать?
— Производство овощей — весьма затратное занятие, если сравнить его с выращиванием зерновых культур. Возьмём для примера лук — я всё знаю об этом овоще. Один килограмм семян лука стоит около 9-ти тысяч рублей. На один гектар мне нужно порядка 6-ти килограммов — значит, около 54-х тысяч рублей уйдёт только на семена. А гербициды, инсектициды, фунгициды, удобрения, орошение… А фонд заработной платы, налоги и сборы на него… А горюче-смазочные материалы, вода… Представьте себе, какие в сумме расходы! Если при этом вдруг возникнут какие-либо проблемы с арендодателем, который по закону является владельцем земли, то потраченные деньги можно и не вернуть.
Или взять проблему повышения плодородия почвы. Известно ведь издавна, что арендатор по своему статусу не заинтересован тратить средства на „живое тело“ почвы, только собственное хозяйство можно вести без истощения гумуса. А нам в овощеводстве нужно очень чётко планировать севооборот и самым тщательным образом готовить почву к посеву. Часть земли мы всегда оставляем под паром. Земля отдыхает, набирает питательных веществ. Иначе просто не сможем работать. Эффект — гарантированная прибавка урожая процентов на сорок. А если эта земля не моя, а арендованная? Значит, распоряжаться ей по своему усмотрению мне трудно.

— Сколько земли постоянно держите под паром?
— 250−300 гектаров ежегодно. Это около 20% от общей площади, на которой мы выращиваем овощи в Марксовском и Советском районах — 1200 гектаров. Учтите, что при выращивании некоторых культур — например, картофеля, как я убедился в нынешнем году, оставлять землю под паром необязательно. Так же и с капустой, и со свёклой. Земля под паром больше всего нужна для выращивания лука.

— Сам процесс оформления земельных участков в собственность у вас как проходит? Крестьяне по всей стране жалуются на бюрократию, поборы.
— В Марксовском районе проблем особых нет, администрация препон не ставит. Жалуются, как я считаю, только из-за своей некомпетентности. Для решения таких вопросов есть юридические фирмы, адвокаты, специализирующиеся на оформлении участков в собственность. Конечно, мне, крестьянину, нелегко во всём самому разобраться — я знаю, как вырастить урожай, а правовые вопросы доверяю специалистам, в компетентности которых полностью уверен. Каждый должен заниматься своим делом.

— Как складываются отношения с администрацией района?

Сельскохозяйственная ярмарка

Сельскохозяйственная ярмарка

— Нормально. Не первый год я работаю на земле и понял: главное, чтобы никто не мешал делу. Обращаться с назойливыми просьбами — не для нас. Не ждём, что кто-то решит наши проблемы. Надеяться можно только на себя. Благодарны администрации за то, что вовремя получаем необходимую информацию, за то, что всегда можно рассчитывать на содействие в решении организационных вопросов. Вот, например, нынешним летом на областном уровне задерживается выплата субсидий сельхозтоваропроизводителям — и представители районного управления сельского хозяйства заблаговременно предупреждают нас о том, когда поступят эти средства. Мы можем планировать свои расходы. Администрация Марксовского района хороша тем, что понимает специфику работы аграриев и знает, кому можно смело доверять.

— Как Вы относитесь к вступлению России во Всемирную торговую организацию?
— Не вижу, какие преимущества это принесёт российским труженикам аграрного сектора. Даже на уровне правительства признаётся, что в течение нескольких первых лет мы будем не приобретать, а терять. Политики говорят об этом в глобальном масштабе, а я мыслю конкретными категориями, применительно к своему хозяйству.
Знаю, что если наша продукция окажется неконкурентоспособной, и хотя бы в течение одного года мы не сможем её реализовать по достойной цене, то КФХ „Шегай“ попросту исчезнет. И шансов на возрождение будет немного. Я не зря говорил о больших затратах на выращивание овощей. Благодаря нормальной политике кредитования у нас на сегодняшний день есть возможность развиваться. Хорошо, но в результате мы полностью „закредитованы“ — и стоит всего один лишь раз просрочить платёж, чтобы потерять доверие. Тогда никаких кредитов я не получу. Значит, придётся сокращать производство.
Мы ещё недостаточно сильны и недостаточно богаты, чтобы позволить себе один год прожить с убытками, а потом наверстать потерянное. Многие хозяйства после этого уже не смогут подняться. Не настолько ещё крепко стоят на ногах российские сельскохозяйственные производители, чтобы рисковать подобным образом.
Понимаю, что рано или поздно вступление в ВТО должно было произойти. Поэтому мы стараемся работать по западным технологиям, используем импортные семена, импортную технику. Но мы-то вынуждены покупать всё это по цене в несколько раз превышающей ту, которая существует для наших европейских коллег. Плюс у них половина затрат субсидируется государством. Отсюда и колоссальная разница в себестоимости. Мы не имеем возможности приобрести полностью тот комплекс механизмов, что применяются за рубежом — я бываю в западных странах, стараюсь наблюдать, перенимать опыт тамошних фермеров. У них механизированы все процессы, а мы к этому лишь стремимся. Многое купить пока ещё просто не в состоянии.
Не всегда точные, к сожалению, шаги продумывает правительство нашей страны. У меня сложилось впечатление, что в прошлом году были сделаны чрезмерно большие закупки овощей за границей. Получилось перепроизводство, что сразу сказалось на положении российских аграриев. Крестьяне попали в долговую зависимость — что в этом хорошего?
И потом, ни для кого не секрет — я не смогу отправить свою продукцию в Германию или в Нидерланды. Там её просто не примут — найдут причину, пусть я даже буду поставлять туда овощи в золотой упаковке. А вот их продукция сюда поступит, пусть даже она не будет превосходить нашу по качеству. Значит, немецкие или голландские сельхозтоваропроизводители имеют изначальное преимущество перед нами. Нет честной конкуренции.

— С чем же это связано? Кто виноват?
— Не знаю, я не политик, а крестьянин. Зато знаю, что те крестьянско-фермерские хозяйства, что не выдержат конкуренции после вступления России в ВТО, навсегда уйдут с рынка сельскохозяйственной продукции. Безвозвратно. И кто будет работать на земле? Может, землю начнут выкупать нефтяные и газовые магнаты, нанимая нынешних товаропроизводителей. Может, для олигархов вступление в ВТО на самом деле представляет интерес. А крестьяне вряд ли готовы, следовало подождать бы ещё лет пять.

— Обратимся к другой проблеме — природной. Многолетняя засуха в Поволжье засуха как это влияет на Вашу работу?
— Засуха для нас — плюс. Удивлены? В моих словах нет ничего странного. В большинстве регионов России овощи выращивают только исходя из природных условий — то есть, за счёт дождей, как Бог пошлёт. У нас же достаточно развита система орошения — и на плантациях моего хозяйства, и в Марксовском районе, и во всей Саратовской области. При любой засухе мы получаем гарантированные урожай — плюс-минус 10−15% от запланированного. Если образуется дефицит сельхозпродукции, то повышается спрос на наши овощи и мы успешно реализовываем всё, что вырастили.
В прошлом и в этом году мы многое сделали в этом направлении, провели реконструкцию оросительных систем. Сейчас, как и положено, подали документы на возмещение затрат. Если вернут средства, на что законно рассчитываем, то у нас буквально вырастут крылья. И дальше будем развивать мелиорацию. Вокруг очень много свободной земли, и мы готовы приобретать и осваивать новые участки — не сомневаюсь, что администрация района в этом пойдёт навстречу.

— Сколько людей работает в вашем крестьянско-фермерском хозяйстве?
— Постоянный состав — примерно 20 человек. Это административно-управлеческий персонал, специалисты: бухгалтеры, инженеры, механик, начальники участков — сам везде не успеваю, приходится строить вертикаль управления на уровне своего хозяйства. 12 механизаторов трудятся на постоянной основе. Без профессиональных кадров не добиться выполнения нашей главной установки — максимально механизировать производственные процессы.
В летнее время привлекаем сезонных рабочих — как местных жителей, так и иностранцев.
Кстати, когда у нас наступает горячее время, в окрестных сёлах заметно улучшается криминальная обстановка. Люди, которых безработица толкает на воровство и другие противоправные действия, оказываются при деле, имеют возможность заработать деньги, в итоге становятся гораздо более законопослушными. Это лишний раз наглядно подтверждает, что уровень преступности напрямую связан с уровнем занятости населения.

— Если я к Вам попрошусь подработать, возьмёте? Сколько заплатите, не секрет?
— Никакой тайны здесь нет. В зависимости от выполнения установленной нормы выработки люди получают от 350 рублей в день и выше. В период уборочной страды человек может получать и по тысяче рублей в день. Учитывая, что выходных в эту пору нет, вполне реально заработать в месяц порядка тридцати тысяч рублей. Так что сетки для картофеля Вам приготовим.
При этом мы берём на себя перевозку людей с работы и на работу, организуем питание и необходимую медицинскую помощь. Я знаю по многолетнему опыту, что если работники будут недовольны мной, они уйдут к другому хозяину. Поэтому стараюсь заботиться.
У постоянных работников уровень заработной платы значительно различается и колеблется в пределах от 10-ти до 30-ти тысяч рублей. Это зависит от квалификации — тем, кто нужен в хозяйстве, поднимаем зарплату. Настоящих специалистов стараемся заинтересовать материально и морально. Кроме денежной оплаты обеспечиваем своих работников овощами и другими продуктами питания. Тем, кто ездит на работу на своём автомобиле, предоставляем бензин.

— Молодёжь приходит на работу в Ваше хозяйство?
— Конечно. Радует то, что в этом году я принял двух молодых механизаторов — раньше они работали в Москве, теперь решили, что можно зарабатывать неплохие деньги и рядом с домом. Сейчас один из них проходит испытательный срок, если хорошо себя проявит, будет получать достойную зарплату. Стремимся к тому, чтобы никто не получал деньги просто так, но и не оставался бы без вознаграждения, если он его заслужил. Поэтому могу с уверенностью сказать — случайных людей в нашем хозяйстве нет. Если они и появляются, то не задерживаются надолго.

— С иностранными рабочими проблем не возникает? У вас их много?
— 57 человек, все из Узбекистана. Иностранцы работают и в других хозяйствах, знаю, что бывают случаи, жалуется на них местное население — хулиганят иногда в сёлах. На моих работников ни одной жалобы не поступало. Потому что дисциплина, постоянный контроль, вечерняя поверка — как в армии. Тех, кого правила внутреннего трудового распорядка не устраивают, кто склонен к правонарушениям, мы сами депортируем на родину.

— Вернёмся к овощам. Какую урожайность Вы ожидаете в этом году?
— В прошлом году расклад был таким — участки под „Фрегатами“ дали по 60 тонн лука, участки с капельным орошением — по 95 тонн. В нынешнем году, с учётом ряда не самых позитивных факторов (засуха и на нас сказывается), возможно, будет снижение, но не более, чем на 10 — 15%.

Если говорить о других культурах, то капусты в прошлом году в среднем было по 110 тонн с гектара. Свёкла и морковь — примерно по 50−60 тонн с гектара. Картофеля ожидаем больше, чем по 30 тонн с гектара, специалисты этот прогноз подтверждают.

— Можно узнать о Ваших планах? Какими видите перспективы своего хозяйства?
— У меня всегда один и тот же принцип — пусть будет любой заказ со стороны потребителей, и мы обязательно его выполним. Отслеживаем тенденции рынка, общаемся с дистрибьюторами, проводим мониторинг. Поэтому верю, что никакие потрясения, если даже они будут, не застанут наше хозяйство врасплох.

— Назовите, пожалуйста, лучших работников.
— Три моих главных заместителя, на которых я опираюсь — Сергей Ким, Алик Шегай и Юрий Мин. Общими вопросами занимается мой сын Николай Шегай. Главный инженер — Владимир Иванович Чернышёв, четыре года с нами работает. Есть хороший прораб из узбекистанских гастарбайтеров, Денис. Очень хороший у нас механик — Николай Антощенко, у него золотые руки и золотая голова.
С первых самостоятельных шагов хозяйства сложился у нас прочный костяк специалистов. Они профессионально растут вместе с ростом КФХ, постоянно повышают квалификацию. Поэтому каждый занимает своё место по праву. Потому и смотрю с уверенностью в будущее, что вижу рядом с собой надёжных людей — есть, на кого положиться.

Зиновий Вольский, „Земское Обозрение“.

Добавить комментарий

прислать копию ответа.